Читать книгу - "Утерянные победы. Хроники Эрры. Книга вторая - Питер Чарски"

— Не для себя лично. Для защиты всех человеческих городов от млоков, — перебила его Амиральда. — Или вы забыли, что случилось с Уллем? Их новый морской союз только набирает силу. Пока вы тут играете в политику, они готовят новое вторжение. И в следующий раз это будет не набег — это будет нашествие.

— Млоки… — Гард поежился. Старые страхи все еще жили в нем. — Но они далеко. А Фрейр…

— Фрейр вас не тронет, если вы не полезете к ним первыми. Лангобары сейчас отвлекают магистра — они ваш щит. Тас-Хас со своей армией тоже где-то там. Пока они воюют с Виксом, никто даже не посмотрит в вашу сторону. Но стоит вам высунуться…

Она не закончила. Гард и так все понял — по крайней мере, его лицо приобрело оттенок прокисшей браги.

— Что же нам делать? — спросил он уже почти жалобно.

— Сидеть тихо. Укреплять стены. Копить припасы. И молиться всем богам, чтобы война обошла вас стороной.

— А вы?

— А я займусь тем, ради чего мы все это затеяли. Рыжебег ждет. Золото млоков решит многие проблемы — в том числе и проблемы Утгарда.

Гард кивнул, но в глазах его Амиральда все еще видела сомнение. И жадность. Проклятая жадность, которая рано или поздно его погубит.

— Есть еще вести? — спросила она, отходя от стола.

— Говорят, на юге пала династия Скиррукса. Какой-то степняк захватил власть.

— Жатта Северный, — кивнула Амиральда. — Один из командиров Магая Безземельного. Теперь он монарх Драконьей Пасти.

— Откуда вы…

— У меня своя сеть информаторов. Что еще?

— Магистр Конгруденс считает этого Жатту… как это… темным астрогатором. Готовит поход.

Амиральда замерла. Темный астрогатор. Слова, которые нельзя произносить вслух без последствий. Гард, конечно, не понимал их истинного значения — для него это было просто еще одно ругательство Ордена.

— Конгруденс — просто параноик, — сказала она спокойно. — Он везде видит ересь.

— Но если это правда…

— Тогда у Юга большие проблемы. Но это не наши проблемы. У нас и своих хватает.

Она направилась к двери, но Гард окликнул ее:

— Леди Амиральда! Еще одно. Улль восстанавливают. Карум прислал туда строителей.

— Карум — умный человек. И опытный военачальник. Восстановленный Улль станет барьером между дельтой Золотой реки и Ливтрансиром. Карум заботится о том, чтобы его с севера прикрывала крепость. Берите с него пример, Гард. Думайте о защите, а не о захватах.

С этими словами она вышла, оставив градоначальника наедине со своими страхами и амбициями. В коридоре ее ждали трое оптиматов — безмолвные тени в плащах. Железное Брюхо кивнул, спрашивая без слов.

— Пока никуда не летим, — сказала она. — Но будьте наготове. Старый дурак еще может что-нибудь выкинуть.

Дождь продолжал заливать Утгард, смывая грязь с улиц в океан. Но грязь человеческой жадности не смоешь никаким дождем. Она въедается в души, как ржавчина в металл, и разъедает изнутри, пока там не остается ничего, кроме пустоты.

Подвесная галерея между Восточной и Веселой башнями утгардской цитадели сияла как драгоценная шкатулка, набитая светлячками. Сотни масляных ламп отражались в струях водопадов, создавая иллюзию жидкого огня. Экзотические цветы — белые орхидеи с Малого Сехеля, багровые лилии из южных болот — обвивали колонны, источая одуряющий аромат. В любом другом месте такая роскошь выглядела бы нелепо, но в Утгарде, где дождь смывал все грехи, где золото текло рекой, впадающей в бескрайний океан амбиций, это казалось почти уместным.

Амиральда стояла у балюстрады, наблюдая за пестрой толпой. Шелка всех цветов радуги — единственная ткань, которая не гнила в этой вечной сырости. Нобили кружились в танце, арл-графы обсуждали цены на пряности, купцы заключали сделки между тостами. Все делали вид, что война где-то далеко. Что Нотхерн не пал, что армии не сходятся для смертельной схватки. Типично для Утгарда — пировать на краю пропасти. Этот город стоит на самой границе владений людей и млоков, и жить одним днем у него в крови.

— Матушка!

Флавьен подплыла к ней в облаке голубого шелка. Двадцать шесть лет, красива как рассвет над океаном и примерно такая же недостижимая. Амиральда поразилась в очередной раз: откуда в ее приемной дочери столько грации? Уж точно не от нее переняла.

— Ты прекрасно выглядишь, дорогая, — сказала Амиральда, и это была чистая правда.

— А вы все в своих доспехах. — Флавьен покачала головой. — Это же бал, а не военный совет.

Амиральда усмехнулась, слегка дернув плечом.

— Это не доспехи. Это… просто практичная одежда.

— С пластинами из звездного металла?

— Мало ли что может случиться на балу.

Флавьен вздохнула — тот особый вздох, которым добродетельные дочери выражают неодобрение действиями своих воинственных матерей.

— Смотрите, Астон опять спорит с магистром Торусом, — сказала она, кивая в сторону. — Боюсь, дело дойдет до дуэли на формулах.

Амиральда проследила за ее взглядом. У дальней стены ее пятнадцатилетний сын — тощий, нескладный, с